Бейсенбі, 4 Маусым 2020
COVID-19 ҚАЗАҚСТАНДА. Жұқтырғандар — 12067. Жазылғандар — 6469. Қайтыс болғандар — 48
Тарих 11292 33 пікір 6 Ақпан, 2020 сағат 12:12

Правда об Амангельды Иманове, воспринимавшим слово «большевик» как «кипчак»

Часть ІІІ

Вторым, после него, казахским большевиком являлся Амангельды Иманов - по версии советских идеологов и историков-мифотворцев, а Удербайулы в действительности. Прежде всего крайне необходимо констатировать тот исторический факт, что Амангельды, согласно советской идеологической догме, являлся «предводителем национально-освободительного восстания» казахского народа 1916 г. В действительности же он был помощником подлинного предводителя восстания 1916 г., избранного местным населением из рода Кулан-Кыпшак ханом, Абдугаппара Жанбосынулы, сардаром (командующим) его войск-ополценцев. Стихийное, а не национально-освободительное, и, следует особо подчеркнуть, маловооруженное, как вольно или невольно признает этот факт в своих мемуарах и Жалгабайулы-Степнов-Джангильдин, восстание Абдугаппара с Амангельды ограничивалось территорией лишь... Тургайского уезда - одного из четырех (!) уездов Тургайской области (Актюбинский, Иргизский, Тургайский и Кустанайский уу. – С.А.), а не всего современного Казахстана. Тот образ Амангельды как национального героя, революционера, большевика, интернационалиста, атеиста, «красного комиссара» (второго после А. Джангильдина), который известен из советской литературы и учебников по истории, начал «лепить» А. Джангильдин.

(Амангельды Удербайулы (Иманов – 1873-1919)

Али и Амангельды родились и выросли в одном ауле, оба из рода Кулан-Кыпшак. «Мы выросли вместе, - писал первый о втором в своих мемуарах, - Я знал его с малолетства как решительного, смелого человека, очень впечатлительного. По возвращении из-за границы, он, узнав, что я приехал, нашел меня и все время находился рядом со мной. За это время я ему много рассказывал...» [1, с. 34]. Cовершенно очевидно, что «расказчик» тщательно скрывал от своего доверчивого и безграмотного «слушателя» факт своего крещения, своё новое православное имя и, главное, главную цель своего визита в родной край в роли православного миссионера. Иначе не факт, что сам батыр Амангельды, храбрый, крутым нравом, горячим характером, «не дававший себя в обиду», всегда противостоявший русской колониальной администрации и переселенцам, простил другу детства его обман, предательство - крещение. Но А. Джангильдин манипулировал, как и всеми восставшими в Тургае, своим неграмотным и доверчивым, как подобает настоящему батыру, другом Амангельды вплоть до его гибели в 1919 г. С ловкой подачи Джангильдина, Амангельды и его сподвижники слово «большевик» понимали, как «кипчак» в переводе на русский. Более того Али-Николай-Алибей-Алиби, будучи комиссаром Тургайской области, заранее назначив Амангельды комиссаром Тургайского уезда, убедил его, своего наивного и доверчивого друга детства, в том, что он воюет c отрядом... рода Аргын во главе с М. Дулатулы и А. Байтурсынулы, а не с одной частью национальной армии Алаш Орды, то есть против своих же.

По всей вероятности, Амангельды не всегда и не во всем полагался на образованного друга. Об этом свидетельствует М. Шокай в своей статье «Правда о батыре-большевике Амангельды». «Кипчаки начали смотреть на Байтурсынова и Дулатова, как «аргынских главарей», хотя эти люди не были и не могли быть «племенными представителями», - отмечал он, - Дошло до того, что в 1917 г. во время оренбургского съезда казахов и летом 1918 г. Амангельды обратился, через своих близких людей, к автору статьи (Мустафе Чокай-оглы) – тоже родом из кипчаков - с просьбой быть у них политическим руководителем против аргынов Байтурсынова и Дулатова, а также и Букейханова. М[устафа]. Ч[окай], разумеется, отвергнул просьбу Амангельды» [2, т. ІХ, с. 235].

Но далее инициативу по пестованию «героического образа» Амангельды перехватили мифотворцы из Москвы в лице С. Брайнина и Ш. Шафиро, «известных исследователей истории Компартии Казахстана», авторов заказных «Очерков по истории Алаш Орды» (Алматы, 1935 г.). Год спустя, в 1936 г., по заказу Кремля, из под пера двух казахско-советских писателей Беимбета Майлыулы (более известен как Майлин; в 1938 г. вместе с С. Сейфуллиным и Ильясом Жансугурулы расстрелен) и Габита Мусрепулы (Мусрепов – в 1974 г. получил звание Героя социалистического труда. – С.А.), трудившихся под чутким руководством русско-советского писателя Всеволода Иванова, вышла пьеса «Амангельды». По её мотивам в том же году был снят первый в истории Страны Великой степи полнометражный художественный фильм под идентичным названием «Амангельды». В этих двух «шедеврах» советской мифологии Амангельды предстаёт «большевикообразным» (выражение М. Шокая), а лидеры «Алаш» - «прислужниками буржуазной власти».

Однако, вопреки советской мифологии, Амангельды, по утверждению М. Шокая, не был ни интернационалистом, ни безбожником, ни коммунистом-большевиком. В боях он всегда против русских. Никакого деления казахов по классовым признакам. «Единственное основание для причисления Амангельды Иманова в ряды большевиков, - уверяет М. Шокай, - это гибель его в 1919 г. во время борьбы со сторонниками правительства Казахстана Алаш Орды. Но убит Амангельды алашординцами не из-за того, что тот был большевиком, а по совсем другим причинам» [2, т. ІХ, с. 234.].

В интервью С. Брайнину и Ш. Шафиро А. Жалгабайулы-Степнов-Джангильдин рассказал также о другом не менее прославленном герое восстания в Тургае – Кейки батыре (Нурмагамбет Кокембайулы): «Был ещё батыр Гейк, который был расстрелен в 1920 (1923) году. В сражениях Гейк даже больше отличался, чем Амангельды. Гейк многих убил русских из карательного отряда, он был очень храбрый и всегда бросался в бой самый первый...» [3, т. ІІ, с. 288]. Однако он не вписался в казахско-советскую мифологию о «национально-освободительном восстании 1916 г.» по той банальной причине, что погиб не от рук «буржуазных националистов» Алаш Орды «по-большевистки», как Амангельды, а был подло и зверски убит самой Красной армией в 1923 г. Первый казахский большевик, легендарный «красный комиссар» А. Джангельдин, как видно из его интервью, преднамеренно не уточняет, кем и за что «расстрелен» Кейки батыр. Мало того он скрыл факт не «расстрела», а зверской, дикой расправы советской власти над казахским батыром. Его тело было растерзано красноармейцами, обе руки и голова отрезаны. Голова, насаженная на пику, выставлена на центральной площади г. Тургая для устрашения коренного населения – казахов. Полтора года спустя, в связи с переездом столицы республики из Оренбурга в Кызыл-Орду, в 1925 г. череп Кейки батыра как... экспонат  был передан в антропологический музей петровской Кунсткамеры, откуда был возвращён лишь 91 год спустя – в 2016 г. Но из двух батыров лишь гибель одного Амангельды стал «предлогом» для обвинения М. Дулатулы, вместе с ним и всей яркой плеяды национальной элиты «Алаш», в убийстве народного героя, большевика-интернационалиста и т.д. Материалы «расследования» обстоятельств убийства батыра, проведенного самим А. Джангильдиным, носят яркий отпечаток его заказаного характера, предвзятости и вызывает лишь одни сомнения. Не меньше поражает тот факт, что в годы независимости не один из ученых-историков не пытался исследовать подлинную историю гибели Амангельды и поставить последнюю точку этой истории.

Между тем гибель в войне против Советской власти за свободу и независимость своего народа офицеров Казы Нұрмұхамедұлы (Кази Нурмухамедова), Отыншы Альжанулы (Отунчи Альджанова), штабс-капитана Нугмана Сарбопеулы (Сарбопина), подполковников Хамита Тохтамысулы (Тохтамышева), Молданияза Бекимулы (Бекимова), Кали Самратбекулы (Самратбекова) и тысячи других рядовых воинов армии Алаш, членов и активистов Автономии Алаш, а также около 1-го миллиона жертв голода 1921-1922 гг., более 4-х миллионов жертв искуственно организованного голода 1932-1933 гг., десятки тысяч жертв массовых репрессий 1920-1940-х гг. – по советской мифологии – не в счет? И это продолжается на 29-м году Независимости, благодаря апологетам советской идеологической догмы в лице историков-профессионалов.

Одним словом, между батыром Амангельды, которого широкая общественность знала по казахско-советской пропаганде (по сочинениям писателей, поэтов, фильму первых отечественных киноматографистов и бесчисленным академическим трудам ученых-историков) и который остался «народным героем» и «символом национально-освободительного восстания 1916 г.» при независимости, общего мало, за исключением имени. Это означает, что кумиром для независимой страны остается жудожественный персонаж также, как «супергерои» голливудских мультиков и блокбастеров для Америки.

Первоисточники:

1 Джангильдин Ч. А. Алиби Джангильдин Он выбрал свой путь / Автор-состав. Ч.А. Джангильдин. – Алматы, 2014. – 214 с.

2 Шоқай М. Шығармаларының толық жинағы: Он екі томдық. Алматы: Дайк-Пресс, 2013.

3 Аккулы С. Алихан Букейхан. Собиратель казахских земель. Т. ІІ. – Астана: Общественный фонд «Алашорда», 2017. – Т. ІІ. – 560 с.

Султан Хан Аккулы

Часть І.  Кто они – первые казахские большевики?

Часть IІ. Тёмная сторона луны или кто они - первые казахские большевики?

Abai.kz

33 пікір